Мама на две недели

 

… Мальчик с большой головкой пускает слюни, что-то себе бормочет, перебирает в руках игрушки. У его соседа покрученое тело. Он не разговаривает, только кричит. Рядом скукожилась девочка, из-под одеяла только худые ножки выглядывают. Некоторые из воспитанников Ольшанского детского дома-интерната на Хустщине видели только три стороны света — потолок, правый и левый бок. Годами они учатся держать ложку. Расстояние от тарелки с супом или кашей в рот — что километры пути одолеть. Годами учатся говорить, чистить зубы, умываться, ходить на горшок, сидеть или стоять …

Сам покажет, что хочет «завязаться»

Сейчас в Ольшанском детском доме-интернате живет 199 воспитанников с тяжелой формой психомоторных недостатков. Это дети с глубокой умственной отсталостью, болезнью Дауна, шизофренией, церебральным параличом … Среди  них — 92 несовершеннолетних и 107 в возрасте до 35 лет. Сирот четверо. Кого-то подбросили, от кого отказались еще в роддоме. Есть мальчик, которого участковый инспектор нашел на кладбище. Кто его мать, не выяснили, поэтому малого так и прозвали: Неизвестно Юрий Юрьевич. Находили детей даже в мусорных баках.

Более половины воспитанников в интернате — цыгане. Их не усыновляют — в стране десятки тысяч детей здоровых, и те никому не нужны. Разве в прошлом году девочку обратно забрали — и то из-за денег, которые ребенок получает по инвалидности. В Виноградово взяли мальчика, и сейчас он худой, как спичка, возле базара и церкви просит-поет …

… На втором этаже интерната живут самые молодые. У 8-летней Марьянки голова — как две. Она совсем не ходит, чуть переворачивается в кроватке. Вяло поднимает ручку, морщится и вдруг — плачет. Няня говорит, испугалась, нужно отойти, пусть только немного успокоится. Вдруг из соседней комнаты подбегает среднего роста чернявая девочка и проводит рукой по щеке. «Не пугайтесь, это так Лариска приветствуется», — говорит санитарка. Малая ласково смотрит — ждет ответа.

7-летний Игорчик попал сюда с Береговщины. Когда ему было два года, мама обварила его кипятком, завернула в тряпки и так оставила. Сколько времени мальчик так пробыл — неизвестно. Левая рука приросла к его телу. В этом году ребенка отправляют на операцию в Германию. Стоит она 120 тыс. евро. 80 000 уже собрали, нужно еще 40. Но проблема в  другом — мальчика увезти за границу можно только под наблюдением опекуна. А содержать там взрослого человека средств у интерната не хватает.

«Во имя отца, сына, духа, Амен … долго, будет долго, вот», — крестится и показывает на остриженную белокурую голову 21-летняя Алинка. В интернате она уже пятнадцать лет. Девушка мечтает о длинных кудрях. Няня вынуждена была отрезать их, потому что в плохом настроении Алина рвет на себе волосы.

Рядом в другом корпусе — подростки и старшие воспитанники.  Мальчики и девочки — отдельно. На скамейке все собрались  возле крупного мальчика. 18-летнего Василька здесь прозвали Тайсоном, и не только из-за визуального сходства с известным боксером. В состоянии аффекта Тайсон может выломать дверь.

Артуру 24 лет, в росте едва метр наберет, имеет церебральный паралич. Юноша почти постоянно в постели. Его товарищ, Отто, сидит в коляске в смирительной рубашке. Он не ходит, боится: когда-то сломал ногу, но радостно демонстрирует, как передвигается на ягодицах. Может одной рукой что-то бренчать на гитаре, другой — играть с мячом. Сам покажет, что хочет «завязаться», ибо знает, что может поцарапать себе лицо. В другом конце палаты Леня скрылся в постели под одеяло, только глаза видны. «Леня у нас очень любит музыку, особенно украинскую, — говорит няня. — Даже научился произносить слово слогами! Сначала «му-у-у», а затем «зы-ка». Каждое утро просит, чтобы включили песни, иначе сердится. Леня умный очень. Покажете какую-нибудь картинку, он сразу же найдет то, что там изображено ».

Дети получают пенсию, их родители, если есть, — пособие по уходу за инвалидом. Директор Ольшанского детского дома-интерната Богдан Кикина рассказывает, что имеют и воспитанников из замечательных интеллигентных семей. «Вон мама каждые две недели навещает сына, со слезами возвращается обратно … Но дома с мальчиком была словно парализована. Мебель, стены потрепал, на кухне самого не оставишь, потому что он с собой что-то сделает, в магазин не выйти — никуда. Не жизнь у нее, а страшная мука … »

Деньги на ремонт со всей Европы

В Ольшанский интернат попадают дети, подростки и молодые люди в возрасте от 4 до 35 лет. Учреждение относится к III-IV профилю, т.е. здесь находятся воспитанники с тяжелейшими психо-физическими недостатками. Построили приют еще в 1961 году в здании бывшей администрации Теребля-Рикской ГЭС. Тогда в советские времена, инвалидов пытались «убрать» подальше от человеческого глаза, полностью изолировать от общества.

В том же году здесь поселились 23 воспитанника. Понемногу в интернате построили еще один спальный корпус, здание для подсобного хозяйства, складские помещения, котельную. В конце 90-х благотворители из Франции взялись приводить в порядок санузлы, построили учебные мастерские, чтобы дети могли заниматься трудотерапией. Тогда же интернат постигло большое несчастье — паводок. Вода смыла большую территорию заведения, разрушила здания, дороги. Восстанавливать убежище помогали европейские спонсоры.

Богдан Кикина рассказывает, что на протяжении последних трех лет в интернате за государственные и меценатские средства заменили почти полтораста гнилых окон, ржавые трубы, кровлю в спальном корпусе, отремонтировали комнаты, медпункт, столовую, коридор второго этажа. В чешском Брно провели благотворительные аукционы, где собрали деньги на реконструкцию двух санузлов, теперь же приводят в порядок третий. Установили новые туалеты, ванны, бойлеры, умывальники, «вытяжку». Закупили стиральную и тесто-месильную машинки, две электроплиты, пищевой котел, хлебобулочный  пекарский шкаф и два холодильника … Потом открыли свою пекарню. Еще два-три года назад всего этого не было.

Сейчас здесь ремонтируют пищеблок, покрывают стены и пол керамической плиткой, заменяют старые электропровода, канализацию, водоснабжение, систему вентиляции. Обустроили недавно и реабилитационный кабинет. Велотренажер, беговую дорожку и две гимнастические стенки подарил благодетель. В игровых комнатах появились телевизоры, подключили параболическую антенну, действует компьютерный класс. Спонсоры также помогли построить беседки для воспитанников и заложить фундамент церкви. До конца года планируют запустить новую экономичную котельную, потому  что нынешняя еще с 1968-го.

Лучшие 24 совершеннолетних воспитанников уже почти три года живут в Тячево в молодежном отделении «Зонтики». Шестеро одаренных интернатовцев даже сыграли главную роль в фильме о Николае Шугае в селе Колочава  на Межгорщине. В прошлом году лента победила на Международном кинофестивале в Праге. Ежегодно несколько детей отдыхают на берегу Черного моря, оздоравливались и в Швейцарии.

«В прошлом году получили« гуманитарки »на 860 тысяч, — говорит Богдан Михайлович. — Почти ежедневно люди привозят бананы, яблоки, мандарины, конфеты, соки, печенье … В конце года есть много овощей, маринуем себе на зиму капусту, огурцы, помидоры. Дети помогают по хозяйству, досматриваем свиней, коров, коз, кур, зайцев, шесть собак. У нас не учебный, а воспитательный процесс. Дети занимаются в художественной, ткацкой мастерских … Подтягиваем до уровня Тячевских «зонтиков» своих воспитанников. Имеем небольшую группу из 9 человек, которые уже немного танцуют, поют, сказки ставят ».

Ольшанскому детдому помогают волонтеры из Чехии — общественная организация «Пусть». Это и специалисты кафедры реабилитации медицинского факультета Остравского университета и стационарных учреждений, обслуживающих детей-инвалидов из Чешской республики, и архитекторы, и программисты, и теологи, и социальные работники … Медсестры же Ольшанского интерната учились ухаживать за детьми-инвалидами в Чехии и Швейцарии . Во Львове в рамках Международного украинско-нидерландского проекта МАТРА учились кормить детей с нарушенными жевательными функциями и пищеварением. Богдан Кикина сам часто наведывается за границу в детдома-интернаты. Рассказывает, что там — фантастика. «Персонала больше, материальная база значительно мощнее. Есть целые реабилитационные комплексы со всеми тренажерами, гидробоксами, бассейнами, различными терапиями … Группа максимум по 6-8 детей, с каждой по 5 специалистов занимаются. А у нас одна нянька на двадцать детей … »

Богдан Михайлович говорит, пока большая проблема с кадрами — их просто нет. «Уже более двух лет мы без врача-психиатра. В штате должность предусмотрена, а вот место так и остается вакантным. Не могу найти. Студенты не хотят идти в село работать. Все — или в гинекологи, или в хирурги … Здесь у нас есть областная психиатрическая больница — имеет целых четыре вакансии. Дают служебное жилье, зарплата до нескольких тысяч набраться может: 25% — за особые условия работы, 25% — потому что горная местность, плюс дежурства … Но никто не идет. Так же с реабилитологами. Был мальчик, поработал год, стажировался в Чехии, а потом уволился. В середине июня две наши работницы снова едут учиться в Чехию. Другие практикуются у Кати ».

"… Степа научился стоять и говорить« б-б-б »

Реабилитолог Екатерина Шевчукова из Чехии работает в интернате уже второй год подряд. Сейчас она как раз занимается с 12-летним Степой. До недавнего времени мальчик видел только потолок и не знал, имеет ли ноги. Ныне его учат стоять. Катя обувает Степу в специальные ботинки и осторожно ставит на тренажер. Пять лет малый ел только манную кашу — потому что другого не хотел. Поэтому не получал достаточно витаминов, не рос.

Специальный тренажер — подарок из Чехии. Степа злится, кидается игрушками. Разговаривать не может, только кричит. Так должен простоять полчаса. Потом — пробует стать на свои тонкие ноги. «Когда долго заниматься с детьми, то начинаешь понимать, что с ними происходит, — говорит педагог. — Много времени нужно, чтобы ребенок привык просто стоять. Степа за последнее время очень изменился. Уже научился говорить «б-б-б». Будет и ходить. Видит пространство, комнату, должен лишь осознать, что есть ноги. Задержка у этих деток, прежде, в голове ».

Катя вспоминает, что когда приехала сюда, дети лежали. Как начали заниматься — почти все пересели на коляски. «Есть ли прогресс, можно понять через несколько месяцев постоянных тренировок. Но есть еще и другая проблема: в Чехии каждый имеет свою работу, а тут — несколько работ на одного. Персонала мало. Лишь покормить одного ребенка-инвалида, надо почти час. Нет и реабилитологов … Кто впервые занимается с ребенком, может его сломать ».

«Мы подняли почти всех детей, — говорит Богдан Кикина. — До недавнего детки головы даже не держали. А сейчас, кто лежал бревном, сел в коляску. Новеньких сейчас есть трое — они могли только на коленях ползать. А теперь посмотрите: на ходульках сами передвигаются. Научить такого ребенка самостоятельно ходить на горшок — уже огромное достижение. Умываться, чистить зубы — вообще что-то невероятное ».

Чешские волонтеры общественной организации «Пусть» занимаются в Ольшанах с детьми вот уже более десяти лет. Приезжают сюда группами два десятка человек четыре раза в год. Сейчас в детдоме находится 13 волонтеров.

Лукаш Станек из Праги здесь впервые. Занимается с 6-летним Йовшком — играет с макаронами. Малый складывает их в бутылки, а потом радостно разбрасывает  где попало. Лукаш уже адаптировался, психологического дискомфорта не ощущает. Говорит, это совсем несложно, и обнимает мальчика.

Моника Редмерова, тоже из Праги приезжает в интернат уже шестой раз. «Все мы здесь добровольцы. Играем с детьми, купаем их,  кормим, пеленаем, вместе рисуем, поем, гуляем, помогаем санитаркам … Учимся у них и стараемся передавать свои знания ». Волонтер Регина в художественной мастерской собирает нескольких детей — сейчас начнется театральная терапия. «Всякий раз у нас новая тема, новый сказочный герой, — объясняет. — Сегодня будут пираты. Садимся в вот этот цветной круг-ковер и играем с детьми. Это помогает сдружиться, узнать друг друга. Игра их объединяет ».

А рядом в палате чешка поет мальчику с большой головкой колыбельную,  прижимает к себе, гладит светлые волосики. «Спи, спи, Ванюша», — малый закрывает глаза, кладет тоненький пальчика к губам и улыбается. На две недели эта волонтер — его мама. Мама, которой до этого он никогда не знал, и которая не отреклась от него с отвращением …

Будьте першим, додайте коментар!

Залишити відгук