И ещё раз: НАБЕРЕЖНАЯ. P.S.

Kurucz Bandi  23 July 2019 21:54  288201221 0203284

Надеюсь,этим послесловием завершу, не поддающуюся твёрдому намерению поставить точку, тему.

Утро… (год, эдак, 58-й).Через открытую дверь балкона комната заполняется весёлым щебетом шумной стайки воробьёв,то садящихся на протянутый над улицей кабель меж домами,то вдруг, дружно и шумно вспорхающей с него и расcыпающейся по кроне дерева - напротив. На радиоантенне, косо торчащей на крыше соседнего дома,соловей заливается, выводя всё новые рулады - в ответ на достоверно повторяющий каждую его попытку задать новый тон: "А вот,так могёшь?" - тоненький голосок младшей сестрёнки. К дуэту этому, время от времени, подключаюсь и я своим "разбойничьим" свистом Пташка, войдя в азарт, с задором концерт продолжает.Все довольны. Только бабушка иногда встревает:"Юлиш,надорвёшь голос!"

Проехала пара машин к Банку и Штабу: инкасаторская полуторка и военный бобик - по гулу мотора узнаю, безошибочно. Медленно, надрывно сопя, проплыла "поливалка". И сразу потянуло запахом мокрого асфальта с улицы. Ритмично протрещал мотоцикл на Калинина: Иж, -машинально определяю марку. На время воцаряется неустойчивая тишина, нарушаемая разве, ленивой собачьей перекличкой-перебранкой вдалеке.

Сквозь кроны лип на набережной - блики на поверхности неспешно текущего Ужа заставляют глаза жмуриться. Рябь эта с реки, через сетчатку глаз, запускает некое внутреннее резонирование, знакомое с некоторых пор -неспокойство, зуд, что-ли. Во что оно выльется, пока не знаю. Стою, наблюдаю с балкона начало дневной суматохи (хотя, какая ещё "суматоха", в конце 50-х?).

Наконец "зуд" обретает форму. Беру альбом, карандаш, выхожу из дома.

- Mi az,megjött az ihlet? - пускает вдогонку мама или бабушка.

Спускаюсь по ступенькам к реке, сажусь на нижний парапет дамбы, рисую то, что вижу: школу на соседнем берегу, радиоцентр, недавно построенные пятиэтажки (по-моему,уже были), плывущую вверх по течению дикую утку.

Идиллическая, может, памятью чуть приукрашенная атмосфера летнего утра, беззаботного времени школьных каникул. Тут получаю первый и последний урок рисования от заметившего моё занятие, проходившего мимо Вячеслава Приходько, тогда вероятно, студента Львовского Института. Но об этом я уже как-то упоминал.

Правда,были и приятные заботы: в одно лето отец предоставил нам возможность "заработать" творческим трудом - делали мы с сёстрами надписи на рекламных щитах и эмблемах-вывесках для магазинов "Смешторга", где он (отец наш) подвизался тогда, вынужденно, работать в одном лице: оформителем ,прорабом и бригадиром маляров. Делали мы это, естественно, на балконе - в сопровождении не менее приятного, чем описанный выше, концерта с видом на реку и Набережную,чтобы оставаться в теме рассказа. Всё не рассказать…

EXODUS.

Прошло десять лет. Что произошло за это время, я вкратце описал в предыдущих частях. Оставаться на старом, обжитом, хоть и не самом подходящем для жизни месте становилось всё труднее, иногда - невыносимо. Да, тут ещё место это приглянулось переведённому из Мукачева прокурору - из местных, пронырливому, со свойственной закарпатским приспособленцам мастеру "ришаты вопросы" в свою (а чью ещё?) пользу. Стал вызывать "поговорыты"! Вначале - "лагидно",прощупывая жертву, потом - с многозначительными намёками, после чего и вовсе - угрозами. Дуэль наша длилась около двух месяцев. Он брал на измор, я прокручивал в голове варианты (к тому же, я был вполне в курсе своих "пробивных способностей", да и в разных весовых категориях мы находились). Спел старую песенку, что мне лучше не быть на виду властей, на нас тут косо смотрят, мы, как бельмо в глазу. "Ты недавно вернулся, можешь повторить, ведь не пойдёшь же служить?"

Вариантов,таким образом,у меня не очень-то было:

-  По рукам! Я помогу с переездом.

После того, как я подписал какую-то бумагу, о словах своих блюститель социальной справедливости забыл и даже стал ставить ультиматумы: "Чтобы завтра вас тут не было!".

Найти транспорт оказалось делом невозможным, он же обещанный грузовик не давал. Пришлось обратиться к знакомым, в том числе - к шофёру грузовика, Корчи-бачи.

Как ни упрашивал тот своё начальство на использование гостранспорта на личные нужды , разрешение получить не удавалось.

Я уж, было, совсем отчаялся. И вот, в одно тёплое, кажется, августовское воскресенье, утром - звонок. В дверях - Корчи-бачи: "Бонды, внизу ждёт транспорт, выселяемся! Новой оказии может не предоставиться!"

Я от неожиданности, взволнованно - на балкон: у подъезда стоит двухколёсная тачка с дедом. Такие тогда стояли перед мебельным магазином на сегодняшней пл. Петефи.

- Так это - рикша!

- Ты правильно видел. Давай, давай! Шевелись! Пока мы с дедом не передумали!

-  Как быть с мамой, бабушкой, младшими сестрами?

-  Об этом я уже позаботился. Сейчас будет такси, посадим их и кое-какую мелочь загрузим в багажник.

Надо тут сказать, что обмен был на квартиру на Проспекте, которую к тому времени я привёл в порядок, побелил, старшая сестра помыла окна, полы.

Мне всю жизнь нужны были такие вот, Корчи бачи, задающие толчок в зад, дальше я уже - по инерции...

И вот, картина исхода из нашего маленького "египта",  отнюдь не в землю обетованную: воскресное утро, поближе, скорее, к полудню. Платформа, довольно длинной тачки доверху набита мебелью и разным иным скарбом. Впереди - дед в упряжке, как у бурлаков, руки на двух длинных "оглоблях", мы - по обе стороны помогаем толкать и страхуем, чтобы сверху не посыпалось. Зрителей не так много: бабушки из дома возле Банка, довольно редкие прохожие. Канаем к мосту, потом возле Областной Библиотеки - на Проспект. Да, но он весь разрыт (недавно по фейсбуку гуляло фото полностью разрытой мостовой: как раз газифицировали и, одновременно, сносили старые домики… Так вот,это - именно тогда).

Добравшись на место, нас встречают любопытствующие новые соседки. Тоже бабушки: хоть какая-то движуха, дом уже давно заселён, пустовала лишь одна квартира, служившая временным пристанищем для прокурорских работников, ими же - совершенно убитая. Делаем несколько таких ходок, и к вечеру можно справлять новоселье, если что. Но меня ждут укоризненные взгляды матери и недовольное ворчание бабушки: "Никогда я на этой стороне не жила, а теперь, вот, переть к подругам и родственникам в такую даль, да через мост!" Уж очень противились мои женщины переезду!

Так я порвал навсегда с НАБЕРЕЖНОЙ. Хотя нет: часто, придя с работы со второй смены, если не гулял часок по ночному проспекту, - иногда с новым другом В.Г., который читал мне свои новые стихи - то всё же тянуло меня "домой", и я переходил через бетонный мост, чтобы в одиночестве прошагать по аллее или посидеть на лавочке. А над тобой - ночное небо! Тянуло, как тянет преступника на место преступления…

1886f8c-1529129237-30688618-2029233603756702-3268567754042507264-n

Post comment

Users posting offensive comments as to other participants of discussion will be banned by moderator without prior warning or explanation. The information related to these users may be provided to law enforcement authorities upon relevant request.Links and advertising messages are prohibited in the comments!

No comments